Образы Робин-Гуда.
Киновоплощения Робин Гуда придерживались его традиционного образа «благородного разбойника»: грабит богатых, защищает бедных. Именно такая версия Кевина Рейнольлса с Кевином Костнером «Робин Гуд: Принц воров» стала кассовым хитом 1991 г. Этот фильм был зрелищным перенесением истории Одиссея, вернувшегося с Крестовых походов на свой разоренный и погрязший в смутах английский остров, где он должен вернуть порядок.
В 2010 г. Ридли Скотт в свой период творческого тандема с Расселом Кроу создает предысторию легенды о лучнике из Шервудского леса. Его «Робин Гуд» – защитник народа. Он борется за то, чтобы король подписал «Великую хартию вольностей», ограничивающую королевскую власть. За это он «законом» (прихотью короля) поставлен вне закона.
В этой ленте статус разбойника имеет очень яркую политическую окраску. И такому «закону» противостоят народные легенды. Наша история полна подобных образов разбойников, ставших героями. Такие личности как Иван Болотников, Стенька Разин, Емельян Пугачев, Степан Халтурин легко стали героями народной борьбы.
Саронски в «Смерти Робин Гуда» развенчивает образ благородного разбойника, отказавшись от политической оптики и народных легенд. Для него разбойник понятие абсолютное. Поэтому его Робин Гуд – это мрачный убийца и вор, лишенный какого-либо обаяния, даже если это Хью Джекман. Тем самым лента напоминает «Легенду о Зеленом рыцаре» (2021 г.), где главный герой не рыцарь без страха и упрека, а простой человек со всеми слабостями.
Главная проблема исторических легенд раскрывается в фильме репликой Робин Гуда: «Я видел, какой силой обладают легенды. Они заставляют людей творить ужасные вещи. А потом эти ужасы становятся легендами. И так по кругу. Легендам нельзя доверять, а нам нельзя доверять их сочинять». Но этот фильм не ставит деконструкцию легенды самоцелью. Саронски стремился показать духовное преображение героя и его освобождение от собственного легендарного я. Тем самым Робин Гуд уподобляется другому библейско-литературному разбойнику Варавве из одноименного фильма Ричарда Флейшера 1961 г.
Композиционно фильм состоит из двух частей: темной разбойничьей, полной насилия и жестокости, и монастырской со светло-духовными посылами и размышлениями о преступлениях и наказаниях.
Разбой.
В начале фильма нас встречают вдумчивые кельтские мотивы и мрачно- холодный ирландский пейзаж, где среди непроходимых скал и лесов скрывается грязный, уставший, постаревший Робин Гуд. Его собирательный образ напоминает постаревшего Логана «Росомаху» и ведьмака Геральта из Ривии. Камера снимает так, слово зритель играет в ролевую игру, следуя за главным героем. Робин Гуд вместе Маленьким Джоном занимаются грабежами и разбоями, но уставший взгляд Робина говорит, что такая жизнь уже не по силам его совести.
Возвратившись в родную деревню Джона, подельники обнаруживают, что семья Джона в заложниках у клана, желающего отомстить разбойнику за гибель близких. Робин и Джон пытаются отбить жену и дочь, но в ходе битвы жену Джона убивают. Престарелый глава вражеского клана, осознав, что он вновь потерял детей, собирается вновь мстить, следуя порочной традиции кровной мести. Отправляясь на битву, он молится. Эта сцена показывает, насколько извращалось христианство в эту варварскую эпоху, когда у бога просили сил и удачи для боя, а не прощения.
Показывая средневековый быт, Саронски педантичен в деталях, достоверно передающих эпоху и ее нрав, ровно также, как это было сделано в «Варяге» (2022 г.) Роберта Эггерса. А по уровню откровенности и жестокости насилия, от которого, казалось бы, Голливуд отказался, ленту можно поставить в один ряд с «Храбрым сердцем» (1995 г.) Мэла Гибсона. В ходе суровой битвы с главой вражеского клана Робин чуть не погибает, но его спасает Джон. Однако, своё спасение он встречает яростным криком «нет». В этот момент мы понимаем, что, перефразируя песню, «нет, не страшила его смерть, скорее он о ней мечтал». Джон увозит Робина на загадочный остров, где согласно легендам, есть женщина, способная вылечить любой недуг.
Так заканчивается мрачная часть про мир, где всем правит суровый закон выживания и архаичные обычаи кровной мести, круг которой невозможно разорвать. Робин Гуд в нём устал воровать, убивать, его память уже не способна удерживать имена и лица жертв, а совесть найти хоть какой-то способ заявить о себе.
Монастырь.
Робин Гуд приходит в себя в загадочном островном монастыре, где сестра Бриджит медленно возвращает его к жизни кровопусканием. Сестру Бриджит играет Джоди Комер, боттичеллиевская внешность которой идеально подходит для фильмов о Средневековье (доказательство тому «Последняя дуэль» (2021 г.) Ридли Скотта).
Монастырь и кровопускание абсолютно понятные кинообразы. Монастырские стены являются убежищем для тех, кто принял монашеский постриг, т.е. принял «общественную смерть» ради приготовления к жизни вечной. А кровь в средневековом понимании одновременно вместилище души и одна из четырех жидкостей (по гуморальной теории), баланс которых обеспечивает здоровье. Так душа Робина обретает свободу, тело — долгожданное исцеление, а сам он расплачивается за это общественной смертью.
Ему не требуется более воровать и убивать. Более того на острове он сталкивается с жертвами своих злодеяний, которых он даже не помнит, но которые помнят его и находят в себе силы просить его. В один из дней на остров прибывает мальчик, который следуя обычаю кровной мести, должен исполнить долг, но не может. Робин убеждает парня отказаться от пути, который испортит ему жизнь. Также он начинает заботиться о дочери Маленького Джона, который ожидаемого погиб в очередном набеге.
Но Робин понимает, что пока он жив для окружающих и для себя он будет вечным напоминанием о боли и страданиях, которые он всем причинил. Поэтому он должен оставить их. Хью Джекман брутально и глубоко отыгрывает душевную драму разбойника, который осознает тяжесть своих преступлений и приговор собственной совести, которую невозможно успокоить. В отличие от Раскольникова он не может даже подумать о новой жизни, потому что некоторые преступления лишают права и надежды на возрождение.
Поэтому в финале не будет христианских тем о покаянии и прощении. Напротив свой конец Робин примет в античной традиции. Сестра Бриджет скажет ему в одной из сцен: «Нож разрезает хлеб также легко как и плоть. Главное соблюдать гармонию». Для Робина эта гармония будет в отказе от жизни, которая лишала жизни других.
Автор: Дмитрий Григорьев
Фото: Legion-media
