Зрительский и кассовый успех двух летних хорроров «Обсессия» и «Закулисье реальности» окончательно закрепили трансформацию ужастиков из пугалок с монстрами и/или маньяками в сложный жанр, способный говорить о сложных вещах, показывая, что настоящий страх кроется внутри нашего сознания, наших отношений и социальных норм. В нашем материале исследуем как в 10-ые годы менялся хоррор.
Рождение ужаса.
Жанр киноужасов зародился в Веймарской Германии после Первой мировой войны, которая за счет небывалого масштаба боевых действий сделал ужас обыденным явлением. В ужасах, вампирах, зомби кинематографисты стремились отрефлексировать на тему Великой войны, показав в каких монстров война превратила людей («Кабинет Доктора Калигари» Роберта Вине, «Доктор Мабузе» Фрица Ланга) или изобразив саму войну как монстра («Носферату» Фридриха Мурнау, 1922).
После прихода к власти нацистов в 1933 г., многие немецкие режиссеры эмигрировали в Голливуд, привезя с собой ужасы. Голливудские студии убрали из жанра социальные и политические подтексты, сделав его специфическим развлекательным жанром. Главный герой – условный Фредди Крюгер, а задача – исключительно напугать зрителя. Качество фильма определялось исключительно уровнем страха. Поэтому хорроры никогда не получали художественных Оскаров, довольствуясь техническими премиями:
- «Челюсти» (1975) — лучший звук, лучший монтаж и лучший оригинальный саундтрек
- «Омен» (1976) — лучший оригинальный саундтрек
- «Чужой» (1979) — лучшие визуальные эффекты
Ужасы нового века.
Именно в таком виде жанр перешел в XXI век. В 2002 г. выходит голливудская версия японского «Звонка» о проклятой видеокассете, подтверждающая успех жанрового канона. Но все изменилось с выходом «Прочь» в 2017 г. Мистическая линия истории о чернокожем парне, приехавшем знакомиться с родителями своей белой девушки, развивала знакомый по «Ключу от всех дверей» (2005) сюжет о переселении сознания. Однако за жанровой оболочкой скрывалась острая социальная сатира на укоренившийся в американском обществе расизм и лицемерие показной толерантности. Главная мысль - белые даже крадут наше тело ради продления собственной жизни.
Фильм стоил всего $4,5 млн, собрав в мировом прокате на $200 млн больше. Также он получил художественный «Оскар» за лучший оригинальный сценарий и три номинации за: лучший фильм, лучшую режиссуру и лучшую мужскую роль. Так ужасы стали жанром, пригодным для разговора о социальных проблемах.
Для российского зрителя фильмы на подобное темы не вызывают особого интереса и отклика, но сам факт трансформации жанра невозможно было не признать.
Прошлогодний Оскар с 16 номинациями и 4 статуэтками «Грешников» Райана Куглера подтвердил формулу успеха «Прочь». Сюжетная основа «От заката до рассвета» с добавлением жанра мюзиклом по все тому же расовому вопросу, вызвала восторг американских критиков и зрителей.
Ещё одной социальной темой, к которой всё чаще обращался хоррор, стала критика колониализма. В таких фильмах, как «Бельфегор — призрак Лувра» (2001) и ремейк «Мумии» (2017) с Томом Крузом, нападения оживших мумий предстают своеобразной «египетской казнью» для западных охотников за восточными сокровищами — возмездием за разграбление колонизированных территорий и присвоение их культурного наследия. Мумии и другие артефакты в этих картинах насильственно перемещаются с Востока на Запад, а затем обращаются против своих похитителей.
«Мумия» (2026) радикально переосмысливает этот сюжет. Здесь восточные мумии, символизирующие одновременно вытесненное колониальное прошлое, архаику и западные страхи перед миграцией, вселяются в американских детей и таким образом проникают в самое сердце западного общества.
При этом страх за детей по-прежнему остается центральным элементом жанра. Зло, похищающее детей, традиционный сюжет сказок всех народов мира. Одним из ярких примеров актуализации таких сказок является фильм «Орудие» (2025 г.) о современной ведьме, похищающей детей ради продления вечной жизни. Эми Мэдиган, сыгравшая ведьму, получила абсолютно заслуженный «Оскар».
Российский кинематограф также экспериментирует с жанровым переосмыслением ужасов. В 2022 г. в прокат вышел «Микулай» с Виктором Сухоруковым. Через историю счастливого главного героя Микулая под видом мистики скрывается глубокая психологическая и социальная драма.
Драматический ужас отношений с акцентом на психологию.
В десятые годы кризис личных отношений становится важным элементом хоррора. За привычным антуражем ужастика режиссеры открывают глубину и сущность драм, вызванных личными трагедиями и социальными нормами.
В 2019 году Ари Астер выпускает «Солнцестояние» — фильм, во многом перекликающийся с культовым британским хоррором «Плетёный человек» (1973). В центре сюжета — молодая пара, которая вместе с друзьями отправляется в отдалённую шведскую общину, чтобы познакомиться с её традициями. На первый взгляд местные жители ведут почти идиллическую жизнь: они здоровы, спокойны и кажутся совершенно счастливыми. Однако за этой гармонией скрывается архаичный уклад, основанный на жестоких ритуалах, например, сбрасывании стариков со скалы.
Главная героиня Дэни переживает тяжёлую психологическую травму после гибели сестры и родителей. Её возлюбленный Кристиан не способен оказать ей настоящую поддержку: он давно подумывает о расставании, но продолжает отношения лишь из чувства вины и жалости.
Казалось бы, предсказуемый сюжет спасения из дикой общины должен сблизить героев, но именно отсутствие поддержки и эмоциональной связи между героями заставляет героиню отказаться от парня в пользу общины. Она соглашается его буквально принести в жертву. И все потому что община готова принять её как члена семьи. В этой ленте ужас кроется не в жутких общинных ритуалах а-ля «Дети кукурузы», а в равнодушии, которое губит равнодушного.
Первый хоррор-хит этого лета, «Обсессия», также строится на соединении сказочного сюжета с психологической драмой. Развивая известный китайский мотив «бойся своих желаний» и перекликаясь с такими фильмами, как «Исполнитель желаний» (1997) и «Комната желаний» (2019), картина переносит основной акцент на психологию отношений. Тем самым она точно попадает в интересы современной интернет-аудитории, помешанной на психологии примерно так же, как общество столетие назад было захвачено модой на спиритизм.
По сюжету робкий парень, работающий в музыкальном магазине, тайно влюблен в свою подругу детства Никки, но боится признаться ей в чувствах. Мечтая добиться ответных чувств, он ломает «волшебную палочку» и загадывает желание, чтобы Никки любила его больше всего на свете. Желание сбывается, и Ники начинает проявлять навязчивую любовь, пугающую ревность, которая становится опасной для окружающих. Авторы удивительным образом умудряются добавить юмор в жуткую историю больных отношений. Фактически лента раскрывает ужас созависимости.
Другой заметный хоррор этого года — «Закулисье реальности», или «Бэкрум», — также строится на соединении психологии и интернет-фольклора. В основе фильма лежит популярный сетевой миф о Бэкрумсе — бесконечном лабиринте пустых офисных помещений с жёлтыми стенами, существующем словно за пределами привычной реальности. Этот образ превращается в метафору тревоги, одиночества и утраты связи с окружающим миром. Благодаря такому сочетанию жанровых элементов картина обращается одновременно к молодой аудитории, ожидающей напряжения и страха, и к более зрелым зрителям, склонным искать в происходящем психологические смыслы.
Подобно успешному сериалу «Разделение» авторы «Закулисья» признают, что офис из мечты нулевых стал олицетворением кошмара двадцатых годов XXI века. Таким же символом ужаса был готический замок в XIX веке, загородный дом в веке ХХ. Главный герой Кларк разведенный мужчина средних лет, владеющий мебельным магазином на грани разорения. В этом магазине он живет, спиваясь по вечерам перед телевизором. Важной темой фильма также является констатация гибели традиционного ритейла и торговых центров как центра притяжения доковидной эпохи. Главный герой погибает так же, как и его мир.
Пытаясь справиться с депрессией, Кларк обращается к психологу Мэри, которая и сама не сумела до конца преодолеть последствия детской травмы. Когда Кларк пропадает, Мэри отправляется в его магазин и узнаёт, что он обнаружил портал в Бэкрум. Подобно Зоне из «Сталкера» или Сфере из одноимённого фильма 1998 года, это пространство материализует человеческие страхи и создаёт гротескного двойника Кларка — «Одноногого пирата», который начинает охоту на него и Мэри.
Так Бэкрум одновременно становится и фантастическим пространством, и метафорой травмированного сознания главного героя. Показательно, что исполнитель главной роли Чиветел Эджиофор в 2024 году снялся в гуманистической экранизации рассказа Стивена Кинга «Жизнь Чака», где внутренний мир каждого человека представлен как прекрасная и неповторимая вселенная. В «Закулисье», напротив, человеческое сознание предстаёт пугающим лабиринтом, порождающим жутких чудовищ.
Добавим, что даже зомби-хорроры стали включать психологию в свою сюжетные линии. Так продолжение франшизы «28 дней» «28 лет спустя» (2025 г.) и «28 лет спустя. Храм костей» (2026 г.) представляют зомби-вирус в виде психологического расстройства, который можно победить медикаментозно.
Ужас социальных норм.
В 2024 г. абсолютным хоррор-хитом стала «Субстанция» с Деми Мур и Маргарет Куолли. Фильм рассказывает о постаревшей голливудской звезде, которая ради возвращения на экран принимает несертифицированный препарат, создающий «лучшую версию себя», но с неожиданными побочными эффектами. За фасадом рядового боди-хоррора в духе «Муха» (1986 г.) Дэвида Кроненберга кроется осуждение женской объективизации и социального конструкта «красоты и молодости». Фильм демонстрирует, к какому ужасу приводит социально навязанное стремление вписаться в глянцевую картинку. Попутно авторы критикуют индустрию красоты и косметическую медицину. Последние играют на страхе старения и недовольстве собственной внешностью, обещая приблизить человека к недостижимому идеалу. Однако предлагаемые средства и процедуры в итоге лишь разрушают организм.
В 2025 г. на экраны вышел аналогичный скандинавский боди-хоррор «Гадкая сестра», авторы которого предлагают альтернативную историю Золушки, рассказанную ее некрасивой сестрой. Золушка в этой версии далека от образа беззащитной жертвы. Она не стремится соответствовать недостижимому идеалу и гораздо трезвее оценивает окружающую действительность. В отличие от Эльвиры, идеализирующей принца и связывающей с браком своё будущее, Золушка действует исходя из реальных обстоятельств и собственных желаний. Её внутренняя свобода обоснована не только психологической устойчивостью: природная красота изначально даёт ей то общественное признание, которое Эльвира пытается заслужить ценой разрушения собственного тела. В итоге получается жуткая история, сдобренная черным юмором.
Также в 2025 г. в прокат вышла лента «Умри, моя любовь» с Дженнифер Лоуренс и Робертом Паттинсоном в главных ролях. Фактически лента о постродовой депрессии и трудностях материнства. По сюжету молодые супруги переезжают из города в деревню (современный тренд) ради тихой жизни. Он хочет писать музыку, а она роман, но все меняет беременность. В итоге муж целыми днями отсутствует, а жена остается в одиночестве, стремительно впадая в депрессию. Тяжелая драма, которая не заигрывает со внешним сюжетным фасадом.
В заключение можно отметить, что хоррор прошёл долгую эволюцию — от простых «пугалок» до глубокого исследования человеческой психики. Современные фильмы ужасов всё чаще предлагают зрителю не только испытать страх, но и попытаться понять его природу: увидеть скрытые травмы, внутренние противоречия и механизмы отношений. Ужас здесь становится способом погружения в себя, а просмотр — возможностью распознать то, что обычно остаётся вытесненным или невысказанным. Хоррор становится сложнее не только художественно, но и содержательно, превращаясь в пространство для анализа, рефлексии и поиска ответов.
