Антон Павлович Чехов однажды создал рисунок. В воспоминаниях Владимира Гиляровского «Весёлые дни А.П. Чехова» читаем: «Он взял альбом. Рисунок, готовый через несколько минут, был встречен общим хохотом. Антон Павлович, отдавая мне альбом, сказал: “Береги, Гиляй, это единственное моё художественное произведение: никогда не рисовал и больше никогда рисовать не буду, чтобы не отбивать хлеб у Левитана”».
На рисунке изображена была гора, по которой спускается турист, в шляпе и с палкой, башня, дом с надписью «Трактир», море, по которому плывёт пароход, в небе — летящие птицы; внизу — надпись: «Вид имения “Гурзуф” Петра Ионыча Губонина», а кроме того, везде были пояснения: «море», «гора», «турист», «чижи». Пётр Ионович Губонин — купец-миллионщик, разбогатевший на строительстве железной дороги в Крым. Ещё он устроил всероссийскую здравницу — Гурзуф. И он же удостоился чести попасть в произведение Н. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо».
В Москве на углу Большой Татарской улицы и Климентовского переулка стоит дом. В литературе его называют то «Дом Губонина», то «Дом Ерзина». Салих Юсупович Ерзин — известнейший московский предприниматель и меценат, основатель Соборной мечети, строитель стены вокруг Даниловского мусульманского кладбища. Давайте разберёмся, что к чему.
Пётр Ионович Губонин — крепостной, сын каменщика. Выкупил себя из крепостной повинности и, разбогатев на железнодорожных подрядах, занялся преобразованиями на Русской Ривьере. В Москве бывал наездами, редко. Его быстрому взлёту завидовали. И хоть он ел гречневую кашу в трактирах и не кичился богатством, про него ходили слухи, что он даёт банщикам в Суконных банях (куда ходил каждую субботу) «на калач» по рублю, а в министерства приходит с мешком серебряных денег и каждому (от швейцара до столоначальника) раздаёт взятки. Он, конечно, такого не делал, но очень грустил. В очередной свой приезд, в 1894 году, скончался в собственном доме. Однако, согласно завещанию, похоронен был на второй родине — в Гурзуфе. Его дела перешли к сыновьям. И в какой-то момент московский дом утратил для семьи актуальность и был продан другому купцу-миллионщику. Под контору.
Салих Ерзин родился в крестьянской семье в селе между Рязанью и Тамбовом. С 14 лет работал подпаском. Затем ушёл в ученики к татарскому купцу-меховщику, дослужился до собственного дела. Его торговый дом специализировался на комиссионной торговле хлопком, оптом привозимом из Бухары, а также торговле шёлком, кожей, мехами и другими товарами. В его собственности были крупные мерлушечные заведения в Касимове, многочисленные магазины и торговые лавки, множество домовладений. Ерзин в 80-е годы XIX века внёс значительные денежные суммы на реставрацию Исторической мечети, выделил крупную сумму на строительство её нового минарета и каменной ограды вокруг мусульманского кладбища в Москве. Но наибольшую известность С. Ерзин получил благодаря своему участию в финансировании строительства Московской Соборной мечети (Выползов переулок, д.7). Правда, его никогда не рисовал Чехов. И Некрасов о нём не писал.
